инструкция мультикан 8

воскресенск егорьевск расписание электричек

http://arenda-specteh.ru/sushnost-mezhdunarodnogo-razdeleniya-truda.html сущность международного разделения труда

http://1generator.ru/raspisanie-elektrichek-belgorod-voronezh.html расписание электричек белгород воронеж

пример заполнения инв 3

расписание катка юбилейного в железногорске курской области

сонник грудное молоко течет

толкование снов котята

Зачем же нужно было тащить на советский праздник столь двусмысленный политический символ? Сама госпожа Поклонская поясняет:

«В прошлом году, когда мы, накануне Дня Победы посещали ветеранов, один из них рассказал мне историю. Они с товарищем попали в передрягу, и ему было видение царя Николая Александровича, который помог ему спастись. И ветеран просил меня, чтобы по возможности Николай II тоже принял участие в «Бессмертном полку». Вот это пожелание мы и выполняем».

Весьма странное объяснение. Какой статус имеет рассказ ветерана (если, конечно, рассказ существовал в реальности)? Это не исторический факт и даже не эпизод жития страстотерпца Николая. Это, строго говоря, всего лишь быличка — произведение специфического фольклора. Сразу скажу, что сюжет этой былички не вполне обычен: вот о том, как солдатам оказывали помощь канонизированные святые (и чаще остальных, пожалуй, — Богоматерь), мне в ходе фольклорных экспедиций записывать приходилось неоднократно. Но Николай канонизирован в 1940-е годы не был и как святой народным сознанием не воспринимался — как же он попал в фольклор?

Другой источник, однако, сообщает: «Прокурор отметила, что очень много ветеранов вспоминают, что в безвыходных ситуациях к ним являлись образы Богородицы и царя Николая Александровича Романова». Таким образом, теперь предлагается обсудить не быличку, а целую народную традицию. При этом формула найдена очень ловко: сказано уже не про «образ Николая Александровича», а про «образы Богородицы и царя». А первая, как я отмечал, в самом деле, фигурирует в соответствующих устных рассказах.

В глубинном мистическом смысле православный человек, если он признает абсолютный характер нацистского зла, должен признать и участие в Войне небесного воинства, включая весь сонм святых. Однако если каждый участник акции выйдет с иконами и изображениями тех высших сил, которые, по его мнению, борются с абсолютным злом, то во что же превратится «Бессмертный полк»? Представим себе процессию, в которой несут иконы Николая, Александра Невского, князя Владимира и так далее, вплоть до архистратига Михаила, серафимов и херувимов… А почему бы не пройтись с идолами славянского родноверия? Или с изображением Люцифера, коль скоро он для кого-то заступник и покровитель?!

Превысила ли г-жа прокурор служебные полномочия, имела ли она право выходить на эту акцию в мундире, допустимо ли нести икону с непокрытой головой — пусть решают профессиональные юристы и православные, соответственно. А вот, что она нарушила правила акции, которая предполагает, что демонстранты несут портреты своих близких, участников Великой Отечественной, — очевидно всем. Известно, что организаторы во многих городах запретили нести, скажем, портрет Сталина в «Бессмертном полку». В этом контексте выходка прокурора выглядит даже не двусмысленно: пользуясь своим административным статусом, она демонстративно нарушает правила акции.

И совсем уж комично звучат слова П. В. Мультатули, начальника сектора Российского института стратегических исследований (он дал развернутое интервью, призванное наполнить демарш Поклонской историософским смыслом): «Наталья Владимировна Поклонская совершила гражданский подвиг, и очень высокое гражданское мужество, и очень высокую гражданскую мудрость». В чем же подвиг? В демонстрации того, что прокурору можно всё?

Кроме того, на всенародной акции г-жа прокурор (ну что уж скрывать, на деле — политический фрик, известная под прозвищами «Няша» и «Няш-Мяш») делает свой личный политический гешефт пиар. А ведь тут либо — либо. Пиар не сочетается с литургией. И между прочим, пиаром госпожа Поклонская осквернила свою святыню — образ императора Николая II.

Разрушая священное содержание акции, мы взламываем его «рамку». Если для кого-то герой Великой Отечественной — Николай Романов, то почему бы не найтись тем, для кого герои — атаман Краснов и генерал Власов? Так, в Аргентине в «Бессмертном полку» уже пронесли портреты сторонников Власова. Но даже если восторжествует очень сильный антивласовский рефлекс (в России он, безус­ловно, есть), то разве сама фигура Николая II не выглядит двусмысленно? Кто бы как ни оценивал личность и политический талант Николая Александровича, есть непреложные факты: он проиграл войну и проиграл страну. Между прочим, перед этим он далеко не миролюбивым образом подавил первую русскую революцию (то есть он применил политический террор в отношении населения, но государство спасти не смог). Выходит, мы Идею Победы меняем на Идею Поражения?

Н. Поклонская еще 8 мая на голубом глазу сообщила, что она намерена рамку праздника взломать: «Прокурор пронесет портрет своего прапрадеда по папиной линии — Ивана Гаврилова, погибшего еще в Первую мировую войну. «Он служил у государя и был кавалеристом. Погиб в 1915 году где-то в Польше…» (ТАСС). Очевидно, что стоящий за этим фарсом пиарщик конструирует героический миф о Первой мировой (и, разумеется, о злокозненных большевиках, будто бы помешавших царю одержать победу). Хотите познакомиться с тем, как этот миф конструируется, — смотрите упомянутое интервью с историком Мультатули. Он, кстати, считает, что «Бессмертный полк» — это «покаянный крестный ход».

Носители накаленно-белой (радикально антикрасной) идентичности всегда начинают с патриотизма, а заканчивают покаянием. Из Крыма активно сооружают плацдарм белого реванша и полигон проекта «Покаяние». И мы только начинаем этот вопрос обсуждать.